Prev Next

18:10

Эмма Стоун – самая высокоoплачиваемая актриса Голливуда по версии Forbes 18.12

18:09

Чижов: ЕС помог вывести из-под новых санкций США ряд энергопроектов РФ 18.09

18:06

Далай-лама: Россия может стать ведущей нацией мира 18.07

18:03

Россия и Армения объединили свои платежные системы 18.04

18:02

Россельхознадзор запретил ввоз продукции четырех белорусских предприятий 18.02

18:00

«Макдоналдс» случайно слил iPhone 8 18.01

17:59

Госдеп США объявил тендер на закупку нелетального оружия для Украины 18.00

17:57

Reuters: китайцы могут купить долю в "Роснефти" 17.58

17:56

Путин предоставил гражданство двухкратному чемпиону мира Перкинсу 17.56

17:55

Путин помиловал экс-директора шахты «Ульяновская», где погибли 110 человек 17.55

Дагестан. Квадратный метр терпения

Четверг, 20 Июль 2017 14:10

Как земельные споры доводят Дагестан до межнационального противостояния

Делить земли – это, пожалуй, самая неблагодарная затея, которую когда-либо придумали дагестанские народы. Наверное, в республике нет ни одного муниципалитета, где и с административно-правовой, и с национал-исторической точек зрения с землями всё было бы в порядке. Увы, но именно когда-то не до конца разрешенные споры чуть ли ни за гектар земли доводят сегодня многонациональный Дагестан до ожесточенного межэтнического противостояния.

Кумыки спорят за земли вокруг поселка Караман, на которые так же претендуют лакцы. Ногайцы борются против признания полноценными населенными пунктами поселений на территории земель отгонного животноводства, основанные когда-то аварцами и даргинцами. Дагестанские чеченцы (их еще называют «аккинцами») ставят буквально ультиматумом республиканской власти вопрос о восстановлении существовавшего когда-то Ауховского района…
Продолжать можно долго. В Южном Дагестане, например, тоже с землями далеко не «тишь да гладь». Если покопаться, всегда можно найти, за какой «нерв» подергать… Но это только лишь, если копаться. А если нет? Почему дагестанским народностям не живется спокойно в пределах тех земель и муниципалитетов, на которые административно сегодня подразделена республика? Это, наверное, вопрос риторический, ответить на него попросту невозможно, ведь когда вам живется спокойно и хорошо, обязательно по соседству кто-то будет возмущаться, что вы дескать на эн-ное количество квадратных миллиметров заступили на его территорию. Всё это неблагодарно, спорно и бесконечно нервозно.
В Дагестане тему «тонкой настройки» – земельные споры и давние недоговоренности по поводу территорий отгонного животноводства – увы, начали использовать далеко не в благовидных целях. Не будем юлить: земельные споры стали отличным инструментом разжигания споров межнациональных, когда две (а то и три) народности стенка на стенку идут друг против друга. В подобных ситуациях все почему-то напрочь забывают, что еще пять минут назад называли друг друга братьями, что еще вчера ходили друг ко другу в гости и были рядом в самых тяжелых, тревожных ситуациях. Скрепы объединяющие, консолидирующие начали ржаветь. Желающих оборвать «тросы» долго искать не пришлось – они сами вызвались посеять в Дагестане хаос, дестабилизировать общественно-политическую ситуацию, спровоцировать межэтнические распри. Именно эти силы, отстраненные от власти в республике, лишившиеся «кормушки», попавшие под объективную в данном случае антикоррупционную люстрацию не могут обрести покоя. Их злоба, зависть и неуемное стремление именно к власти (в которой они видят исключительно средство наживы) автоматически превращаются в ненависть к дагестанскому народу, к каждом дагестанцу.
Однако справедливости ради все же стоит сказать, что в неразрешенности земельных споров и в целом народном недовольстве (как в случае с ногайцами или чеченцами-аккинцами) существующей «земельной» политикой виноваты и дагестанские власти. Причем как нынешние, так и предыдущие. Найти альтернативу, предложить выход из ситуации, выслушать пожелания самого народа и прийти к общему знаменателю не смогли ни Магомедали Магомедов (1994-2006), ни Муху Алиев (2006-2010), ни Магомедсалам Магомедов (2010-2013). Мало что получается в этом плане и у нынешнего Главы Дагестана Рамазана Абдулатипова, хотя его усилия и в случае с вопросом о принципиальной «перекройке» регионального закона о землях отгонного животноводства, и в ситуации с восстановлением Ауховского района кажутся наиболее эффективными и жизнеспособными, если говорить о перспективах развития событий. Но и Абдулатипов пока не может предложить мало-мальски возможного решения, например, вопроса с землями чеченцев-аккинцев. С ногайцами также все достаточно натянуто – нового главу Ногайского района, которого лоббировал дагестанский «Белый дом», старейшины и актив муниципалитета отверг. Пришлось идти на уступки и находить консенсус.
Кто-то пытается преподнести эту ситуацию как политическое поражение Абдулатипова, но можно ли назвать фиаско ситуацию, когда глава региона пытается наладить диалог с национальной группой и совместными усилиями разрешает сложившийся управленческий кризис? Едва ли. В цивилизованных странах это называют гибкой политикой и попыткой наладить демократическую систему управления, когда интересы народа превыше всего. Безусловно, споры официальной Махачкалы и когорты общественников-ногайцев уже переходили все мыслимые и немыслимые рубежи. Однако и руководству Дагестана, и ногайским общественникам удалось прийти к взаимопониманию и решению, которое удовлетворяло бы обе стороны.
Тем не менее, непонятными остаются два принципиально важных вопроса: первый, что делать с законом РД о землях отгонного животноводства? Ногайцы-то признают его попирающим их права, несправедливым в части культурно-исторических аспектов принадлежности ногайской степи коренному населению. Именно на этой волне, кстати, в республиканских и ряде федеральных СМИ начали активно продвигать идею ущемления прав ногайцев, что абсолютно не соответствует действительности. Хотели яркий пример разжигания межнациональной напряженности? Читайте свободолюбивые, псевдонезависимые дагестанские издания. В них все ответы на грязную подковерную игру в стравливание дагестанских народов.
Второй спорный вопрос – это административно-правовой статус поселений (небольших кишлаков), которым дагестанские власти хотят придать юридическую форму «населенных пунктов». Ногайцы отвергают и это, боясь, что данный шаг вызовет дескать «великое переселение» аварцев и даргинцев на ногайскую степь. Глупости это всё, конечно, но кто подталкивает ногайцев на такие странные умозаключение? Как-то ведь раньше они уживались и с аварцами, и с даргинцами, и с лакцами, и с русскими… Где раньше таились эти фантасмагорические проблемы?
Однако в случае с землями муниципалитета «Ногайский район» есть все же и справедливые претензии. Так, например, на Общероссийском съезде ногайского народа 14 июня текущего года делегаты форума потребовали от республиканских властей «обеспечить установленный порядок предоставления земельных участков, сбора арендной платы, распоряжение которыми осуществляет Ногайский район и его сельские поселения». То есть земли-то ногайские, а налоги и сборы почему-то идут не в муниципальный бюджет. Это ли не справедливое требование? Именно отсюда «растут ноги», а также требования ногайцев провести инвентаризацию и аудит земель отгонного животноводства на территории степного района.
Перед руководством республики поставлены крайне сложные задачи, решение которых требует тонкого, деликатного подхода. В то же время «рубить с плеча» было бы ошибочным ходом и официальных властей в Махачкале, и со стороны политических активистов в Ногайском районе. Каким бы ни был республиканский закон о землях отгонного животноводства, с ним нужно считаться, его нужно исполнять, каким бы несовершенствами он не изобиловал. Более того, этого требует федеральное законодательство, которое за последние годы (особенно в свете масштабной федеральной земельной реформы) было крайне ужесточено. Москва требует от регионов решать земельные споры именно правовыми, юридическими путями. Однако она не учитывают ни специфики регионов, ни пожеланий людей на местах. А «на местах» приходится работать главам регионов, которые, будто находясь между Сциллой и Харибдой, пытаются лавировать. Только не меж двух огней, а меж трех: с одной стороны, нельзя допускать народных волнений и межнационального столкновения; с другой, нужно строго выполнять требования закона и предписания Москвы; в-третьих, нужно сохранить политическую власть, влияние на общественно-политическую ситуацию, иначе отставка не заставит себя ждать. Публичное заклание «неэффективных» глав регионов в нашей стране практикуется все чаще.

Решение вопроса о восстановлении Ауховского района на данном этапе невозможо

Громкий конфликт, возникший в конце июня – начале июля в Казбековском районе Дагестана произвел эффект сдетонировавшего снаряда, который кто-то когда-то в очень давней войне забыл на заброшенном складе. Обычного бытового конфликта 15-летних подростков хватило, чтобы столкнуть между собой две братские дагестанские народности – аварцев и чеченцев. Да, не удивляйтесь, чеченцы – это и дагестанская народность. По последним данным Дагестанстата, в республике проживают около 94 тысяч чеченцев; эта народность хорошо представлена и на уровне республиканской власти, и на ключевых позициях в отдельных, исторически населенных чеченцами муниципалитетах.

Однако уже на протяжении двух десятилетий в республике периодически вспыхивают очаги недовольства со стороны отдельной группы вайнахов – чеченцев-аккинцев, которые требуют восстановления Ауховского района, переставшего существовать в 1944 году. Сейчас бывшие территории этого образования находятся в Новолакском и частично в Казбековском, Бабаюртовском и Хасавюртовском районах Дагестана. Лакцам, проживающим в Новолакском районе, в действительности жить на этих землях не очень-то и спокойно, так как на данную территорию навязчиво претендуют чеченцы-аккинцы, которые и без лишних страстей спокойно проживают в новолакских селениях и вполне комфортно себя чувствуют. Как уже нами отмечалось выше, земель везде и всем хватает.
Однако от этого территориальные требования аккинцев не сошли на нет. Проблема на данный момент трояка: во-первых, встала необходимость переименовать Новолакский района в Ауховский (что также не пройдет без народных недовольств и волнений); второе – восстановление территориальных, исторически сложившихся границ Ауховского района (здесь у экспертов и государственных мужей также множество споров); и третий, наиболее болезненный процесс – это переименования сел, где компактно проживают аварцы. Зачем переименовывать села – мало кому понятно, но раз уж ломать значит ломать по-крупному.
Исторически путь Ауховского района и вообще чеченцев-аккинцев в Дагестане был сложным и противоречивым. Началось все в феврале 1944 года, когда эта вайнахская общность оказалась в числе депортированных. Ауховский район был расформирован, а на освободившиеся земли были переселены лакцы (отсюда и название новой административно-территориальной единицы – Новолакский район) и аварцы.
На этом недальновидное «переселение народов», из-за которого в Дагестане сегодня весь этот сыр-бор, не прекратилось. В 1952 году в высокогорное село Куруш, что в Хасавюртовском районе, были переселены лезгины и небольшая горстка аварских семей. Сегодня же эксперты уверяют, что переселение горцев на равнину было юридически добровольным, но по факту добровольно-принудительным: попытки возвращения в горы, нередкие среди переселенцев, карались принудительной повторной депортацией на равнину, а то и уголовной ответственностью.
Однако наступил 1957 год. Хрущев разрешил депортированным чеченцам и ингушам вернуться на родину. Но если, простите за каламбур, чеченцам из Чечни удалось вернуться именно на свои исторические земли, то аккинцы (тоже чеченцы) такой возможности были лишены – их территории были уже заняты ни в чем неповинными аварцами и лакцами. Они туда не сами переселились, они не «оккупировали» эти территории. Они туда были переселены, но об этом «переселены» сегодня никто не хочет задуматься, прежде всего, не хотят чеченцы-аккинцы.
Вот какой позиции по этому поводу придерживается политолог, кандидат исторических наук, доцент РГГУ Сергей Маркедонов:
«Вопрос о размещении чеченцев тогда был решен следующим образом: им были предоставлены земли в Хасавюртовском районе, в то время как в Новолакском районе и селах Ленинаул и Калининаул было решено оставить ранее переселенных туда лакцев и аварцев. Копившееся годами недовольство вайнахов-ауховцев, разлученных по приказу советских властей Дагестана с бывшим Аухом, в период горбачевской перестройки вылилось в бурную общественную борьбу аккинцев за восстановление Ауховского района и своих имущественных прав. Звучавшие в контексте этой борьбы претензии порождали во многим горячих чеченских головах ненависть к аварцам и лакцам, которые в 1944 году якобы «понаехали» на чеченские земли.
В ДАССР незадолго до распада Советского Союза властями был начат процесс восстановления Ауховского района (инспирированный во многом перестроечными настроениями среди населения). На съезде народных депутатов ДАССР в июле 1991 года были проговорены предварительные механизмы этого намерения. Практическим исполнением занялась специальная комиссия правительства ДАССР во главе с председателем Совета министров республики Абдуразаком Мирзабековым. Начали проводить землеотвод под дома для переселенцев, выделять кредиты для чеченцев-переселенцев и т. д., но процесс был остановлен распадом СССР, объявлением Джохаром Дудаевым независимости Чечни и превращением Северного Кавказа в очередную «горячую точку».
Ситуацию ранее подогрел сырой и поспешно принятый Верховным Советом РСФСР в 1990 году «Закон о репрессированных народах» (автором которого был депортированный в 1944 году чеченец Руслан Хасбулатов), спровоцировавший, как и в тогдашнем Крыму, волну самозахватов и конфликтов чеченцев-аккинцев с властями и окружающим населением. Остановленный из-за возникших после распада СССР проблем процесс легальной реставрации Ауха, начатый ранее комиссией премьера Мирзабекова, придал проблеме дополнительную эмоциональную остроту: аккинцы почувствовали себя обманутыми властями Дагестана.
Опасность того, что из-за бывшего Ауха Дагестан превратится в новую «Ичкерию», была настолько сильна, что Руслан Хасбулатов и народный депутат Рамазан Абдулатипов (нынешний глава Дагестана) осенью 1991 года специально мирили чеченцев и аварцев на переговорах в аварском селе Дылым. Усилия Хасбулатова и Абдулатипова тогда остановили назревавшее кровопролитие, но суть ситуации не изменили. Упоминаемая очевидцами поддержка многими аккинцами действий дудаевских сепаратистов в годы чеченских кампаний — это во многом следствие того, в чем промахнулись тогда в плане Ауха Москва и Махачкала, и как итог — с избытком выиграла продудаевская антироссийская пропаганда».
Однако 90-е, к счастью, прошли, но только вот проблема осталась. Наедине с ней оказались аккинцы, лакцы, аварцы и нынешнее руководство Дагестана, не имеющее на данный момент возможности каким бы то образом разрешить сложившуюся проблему. Тем не менее нынешний Глава Дагестана Рамазан Абдулатипов уже неоднократно поднимал вопрос о необходимости разрешить земельные споры и удовлетворить претензии потомков чеченцев, живших когда-то на территории Ауховского района. Но даже эта готовность Абдулатипова вести диалог и считаться с интересами каждой народности была воспринята в штыки: в СМИ запестрели публикации с кощунственными, преступными заголовками типа: «Кумыки против чеченских претензий на земли», «Абдулатипов приносит в жертву лакцев, чтобы угодить Кадырову в восстановлении Ауховского района» и т.д. Одним словом, началась информационная война, цель которой заключалась в попытке рассорить чеченцев-аккинцев с аварцами и лакцами, кумыков настроить против Рамазана Абдулатипова, а заодно спровоцировать массовые народные столкновения, за одним из которых мы все наблюдали 7 июля в селении Ленинаул Казбековского района Дагестана.
Одним словом, выхода из ситуации нет. Альтернативу дагестанская власть пока предложить не может, хотя, как справедливо отмечают в северо-кавказской редакции ИА «EADaily», глава Дагестана предлагал решить вопрос простым способом: «переселить в Новолакский район аккинцев, предоставив им дома живущих там лакцев, а лакцам, в свою очередь, выделить на равнине территорию под нововоссозданный Новолакский район. Против этого сразу восстали кумыки: Новолакский район должен был поселиться на землях, которые рассматриваются кумыками как свои исторические территории. Кроме того, такой переезд, образно говоря, сыпал кумыкам соль на старые раны… Но и это еще не все. Аварцы из бывших сел Ауховского района (ныне они находятся под юрисдикцией Казбековского района) выступают за сохранение имеющегося статус-кво, то есть против полного восстановления прежнего национального района чеченцев-аккинцев в границах 1944 года. Чеченцы, в свою очередь, продолжают требовать неукоснительного исполнения решений III съезда народных депутатов Дагестана июля 1991 года и восстановления Ауховского района с историческими названиями населенных пунктов. Лакцы требуют придать программе их переселения приоритетное значение, гарантировать качественное финансирование и регулирование правового статуса переселенцев…»
Кто там еще чего не потребовал?...
Вывод. Ситуация складывается очень тяжелая. Без выработки совместных усилий властями Дагестана, представителями чеченцев-аккинцев и населяющих Новолакский район других народностей, а также без содействия со стороны руководства Чеченской Республики, которое имеет огромное влияние на дагестанских чеченцев, проблему с Ауховским районом никак не разрешить. Других вариантов нет и в ближайшей перспективе не предвидится.
Ясно одно. Оттого, насколько в данной ситуации дагестанская власть сможет проявить свою жесткую и объективную политическую волю, насколько она окажется готовой к диалогу и учету интересов каждой из национальных групп, насколько дагестанские власти смогут выдержать продолжающиеся информационные атаки как на республику, так и на ее руководителя, сдержать натиск всевозможных провокаторов зависит не только будущее чеченцев-аккинцев, лакцев и аварцев. От перечисленных факторов зависит сама состоятельность нынешней республиканской власти и ее политическое будущее.

Послесловие: правовая сторона вопроса

Для тех, кто жаждет вынужденных переселений, перекройки земель и переселения целых народностей напоминаем, что:

•в соответствии с Конституцией Российской Федерации и международными актами о правах человека каждый гражданин Российской Федерации имеет право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации;
•согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 04.04.1996 г. №9-П*(266) свобода передвижения, выбора места пребывания и жительства является существенным элементом свободы личности, условием профессионального и духовного развития человека;
•в том же постановлении КС РФ указано, что свобода передвижения и поселения внутри страны и запрет на произвольные ограничения въезда и выезда из нее гарантируются международными документами в области прав человека, в частности ст. 12 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. и ст. 2 Протокола №4 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Поэтому, каждый гражданин Российской Федерации вне зависимости от того, к какой национальной, расовой, социальной или иной группе он принадлежит имеет право свободно передвигаться по территории РФ, выбирать себе место жительства, при этом национально-исторические факторы принадлежности определенных земель той или иной группе не являются основанием запрещения любому гражданину РФ (будь то русский, аварец, лакец, чеченец-аккинец, ногаец или любой другой представитель одной из более чем 120 народностей, проживающих на территории РФ) поселяться тем, где он посчитает нужным при условии соблюдения норм российского законодательства и правовых актов субъектов РФ. Ограничение права граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации допускается только на основании закона.
И это только правовая часть вопроса. Теперь буквально пару слов об этической стороне проблемы. Создание этнически однородных муниципалитетов, требование выселить представителей одной народности в угоду другой можно абсолютно спокойно расценивать как факт национализма, этнического экстремизма, что противоречит всему массиву российского законодательства, регламентирующего права, свободы и законные интересы граждан РФ. Так что тем, кто сегодня преднамеренно создают в Дагестане земельно-межнациональные очаги конфликтов, стоило бы призадуматься. 

Мурад Абдуллаев, эксперт-аналитик Агентства стратегических коммуникаций (г. Москва),
кандидат филологических наук

Источник: Kavnews.ru

Оцените материал
(0 голосов)