Prev Next

13:35

РБК: "Роснефть" решила простить государству долг в 60 миллиардов 12.35

13:35

"Коммерсант": Минфин намерен урезать регионам субсидии на зарплату и ремонт дорог 12.35

13:27

В американском штате Флорида произошла стрельба, есть жертвы 12.27

17:26

Мюнхенский стрелок готовил нападение в течение года 16.27

0:49

В Польше учредили день памяти жертв украинских националистов 23.49

0:47

Польша присматривается к международной коалиции против ИГ 23.47

0:47

Американский ракетный эсминец вошел в Черное море 23.47

0:46

Шесть человек погибли в результате стрельбы в Мюнхене 23.46

21:49

Трамп назвал Хиллари Клинтон коррумпированным и слабым человеком 20.49

21:48

В Калифорнии в результате стрельбы ранены 14 человек 20.48

Место и роль России на постсоветском пространстве

Воскресенье, 17 Январь 2016 20:18

Внешняя политика России на протяжении последней четвери века строиться под влиянием ряда факторов.

Прежде всего в определении действий на этом направлении сыграл распад СССР и последовавшие после этого события создания национальных государств, дерусификация, формирование национальных идеологий, проникновение на постсоветское пространство игроков прежде не имевших такой возможности. Советский союз только отчасти можно назвать государством, совпадающим с границами собственно СССР, под контролем Москвы в той или иной мере находились большое количество стран, обладавших частичным суверенитетом, либо испытывающих на себе значительное влияние советской системы и коммунистической идеологии. Те страны и сферы мировой политики, которые находились под контролем Москвы, организовывались и приводились в соответствие с нормами и принципами картины мира, построенной на марксистской идеологии, что давало определённый политико-экономический фундаментализм, но в то же время давало системность и основу на развитие социальных отношений и промышленности в зоне контроля Москвы. Распад СССР означал и отказ от такого системного подхода. Российская Федерация, так же, как и другие республики СССР и страны второго мира попали под тотальное влияние идеологии неолиберализма в экономике и поддерживали, по крайней мере на уровне риторики идеологию демократии и прав человека. Понятно, что уровень этих прав и свобод сильно различается между Чехией и странами Средней Азии.
Новое руководство в Москве в 90- е годы фактически было занято своими личными вопросами, прежде всего распределением бывшей советской собственности, фактически отказалось от зашиты национальных интересов, войдя в фарватер внешнеполитической повестки США. Вследствие такой позиции руководства России происходил быстрый дрейф от бывшего единства в сторону этнонационализма и новых интеграционных проектов. Мусульманские регионы бывшего СССР оказались под плотной «опёкой» исламских эмиссаров из Саудовской Аравии, Турции, Пакистана и ряда других стран, решавших вопросы расширения своей геополитической зоны контроля. В свою очередь все эти страны в конечном счёте находились под патронажем США и НАТО. Ряд других республик вошли в состав ЕС и НАТО, став опорой внешней политики США в Восточной Европе, создав зону изоляции Москвы от Старой Европы в первую очередь от Берлина. Велико влияние США и на события на Северном Кавказе и в Средней Азии. Позиции ЕС, напротив, в отличие от Восточной Европы в этих регионах достаточно слабы, что объясняется европейской внешней политикой, построенной на навязывании своей идеологии и менторском отношении к местным режимам, что воспринимается, как вмешательство во внутренние дела в этих странах.
Общая черта политики вышеназванных стран на постсоветском пространстве — это стремление ослабить позиции России и сформировать лояльные себе зоны контроля, увеличив свой геополитический статус в мире. Отчасти это сопровождается экономическими интересами, например, в Азербайджане, Украине, Казахстане и Туркменистане, имеющих полезные ископаемые и обладающие интересными возможностями по сбыту своей продукции, но нередко, например, в отношении Грузии, Киргизии и Таджикистана экономических интересов у стран, желающих оказывать на них влияние, не существует. Для США очень часто важно только, чтобы на территории той или иной страны стояла её военная база и её политический режим находился в оппозиции Москве. Исламистские сети, берущие начало в Эль - Рияде, Дохе или Стамбуле ставят задачу рост исламистского подполья, не создающего конструктива для стран, в которые они проникли, зато они увеличивают значение в мировой политике.
Сегодня нам известно, что «заказчиком» деструктивной политики развития экстремизма, создании исламистского подполья являются формально демократические и светские США и их союзники по НАТО, прежде всего Великобритания, их ближайший партнёр. Сегодня можно ожидать, что исламистские сети как глобальные (ИГ, Аль Каида) так и местные готовы дестабилизировать ситуацию в Среднеазиатских республиках, на Кавказе, на территории всей России в местах компактного проживания мусульман. То, что для этого могут возникнуть предпосылки в момент смены элит, или массовых беспорядков, организованных светскими организациями достаточно очевидно.
Другой стороной политики США и ЕС является то, что они препятствуют решению конфликтов на территории бывшего СССР, формально участвуя для решения этих вопросов. Если бы не прерогативная роль международных организаций и правительств западных стран, то можно было бы решить «полюбовно» большинство из застарелых конфликтов, поддерживаемых в тлеющем состоянии, из-за желания оказывать влияния на регион, прежде всего, как фактор давления на Москву. При этом не стоит считать роль Москвы в этих конфликтах безупречной и логически всегда правильной, вопрос только в том, что мы бывшие граждане СССР смогли бы решить эти вопросы между собой, если бы нам не мешали внешние заинтересованные силы.
Отдельно в списке крупных стран «осваивающих» постсоветское пространство стоит Китай, имеющий много инфраструктурных проектов, в том числе в рамках ЭПШП (Экономический пояс шелковый путь), стоит в ряде стран Средней Азии на первом месте по количеству инвестиций в экономику (на втором Иран). При этом Китай старательно дистанцируется от стремления поставить регион под политический контроль, прежде всего, чтобы не вызывать раздражение России, воспринимающей себя в роли старшего партнёра для этих стран. Это необходимо, в том числе, чтобы иметь Россию в качестве аргумента в политических спорах с США. Несмотря на то, что Россия существенно слабее экономически в настоящее время, чем США и Китай, но её политический вес и военный потенциал ещё достаточно велики, чтобы быть важным аргументом в подобном споре. Очевидно, что ни США, ни Россия, несмотря на политический вес обеих стран, не имея серьёзной экономической заинтересованности в странах Средней Азии, а как мы видим по недавним событиям и на Кавказе, и на Украине в долгосрочной перспективе проигрывают влияние на данные регионы.
Политика России в этих регионах в настоящее время строиться на принципах Realpolitik или «здорового» прагматизма. Произошёл отказ от какой-либо объединяющей идеологии, вместо неё ставиться акцент на общих интересах в совместном экономическом развитии, безопасности и защите от экстремизма в первую очередь от исламизма (в настоящее время главной угрозой является запрещённая в России организация «Исламское государство»).
Москва стремиться удержать остатки единого пространства через интеграционные проекты: ТС, «Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭс)», ОДКБ. Позитивным аспектом внешней политики России является наличие общего прошлого у элит данных стран, обучаясь в одних вузах, имея интеграцию в русскую культуру, они легко понимают друг друга. В то же время существует «но», обесценивающее эти контакты, а именно слабость экономической политики современной России. Несмотря на наличие большого количества гуманитарных и технологических связей, это лишает новые независимые страны бывшего советского блока потребности поддержания интеграции друг с другом. Современная Россия не выстроила полноценной экономической программы развития, что сказывается теперь в её результатах, которые на фоне мирового экономического роста 2000 - годов привели к улучшению жизни в самой России, но не сделали её центром экономической интеграции. Более того, так получилось, что Россия, эксплуатируя неолиберальную модель экономики, сама встроилась как элемент в западную экономическую систему, стала зависеть от неё финансово и технологически, что стало особенно очевидно на фоне конфронтации с коллективным Западом во время кризиса на Ближнем Востоке и Украине. Стоит понимать, что ликвидировать эту проблему фактически невозможно по целому ряду причин.
Таким образом мы видим, что главной причиной для интеграции на постсоветском пространстве являются вопросы коллективной безопасности и усиления своей политической позиции на мировой арене. Элитам постсоветских республик следует понимать, что наследие СССР стремительно уходит в прошлое, воссоздать старый проект невозможно по экономическим, идеологическим причинам, и Россия рано или поздно, скорее всего уже в ближайшие годы будет сокращать свой и без того скромный интерес к своим бывшим республикам. Что это обещает? Только риски хаотизации по примеру Ближнего Востока и Центральной Азии. Россия не готова брать на себя ответственность за экономическое развитие этих стран. Но таких стран в мире сегодня больше нет, за исключением с оговорками Китая. Зато стран и сил, желающих зажечь регион, максимально ослабив тем самым Москву, очевидно много.
В мире экономический кризис, который грозит перерасти в суперкризис, в каждой третьей стране людоедские фанатики рушат все то, что мы называем цивилизацией, и еще стоит целая очередь из желающих присоединиться к ним. Половина населения планеты живет в нищете. Экологические проблемы приобрели глобальный характер. Вопросы безопасности на ближайшие годы приобретают первостепенное значение, вокруг неё необходимо строить новую идеологию интеграции. Постсоветским элитам и гражданам постсоветских стран стоит подумать, о том, чтобы не спешить рвать ещё существующие контакты для того что бы уцелеть в бушующем море современного мира. Тем более опасения о желании Москвы вмешиваться во внутренние дела постсоветских стран явно беспочвенны. А руководству России стоит задуматься о необходимости более долгосрочного прогнозирования событий и выстраивании стратегии развития, тем более как мы видим именно это во много подводит нас в последнее время.

Владимир Киреев

Источник: Kavnews.ru 

Оцените материал
(0 голосов)